|
Меньше, чем через год. Боль деньгами не откупишь. Будь это все деньги на свете. Его привычки, причуды, какую он предпочитал яичницу. Какого цвета у него были глаза? Начните с внешних примет. Лицо у него все время было под бинтами. Я никогда не делал ему перевязку и поэтому лица ни разу не видел. Доктор адресс в меня профессиональным адресс Года два он выглядел прекрасно. У парня, на которого я работал, был летний дом на побережье Джерси в Барнегате. Когда Либлинг уехал из клиники? по мне не вспомнить. В любом случае, сейчас ему за пятьдесят. Не слишком крепкая хватка, но, когда я поднял руку, Фаулер подскочил с легкостью пустого кукурузного початка. Видно, ждешь не дождешься, когда я исчезну, чтобы взяться за свои отраву в найи У Келли были темные полосы и тонкие усы, под стать Кларку Гейблу. Я втолкнул его в узкую дверь спартанской спальни и повалил на кровать. Пожалуйста, не уходите… Я закрыл за собой дверь и повернул длинный ключ в замке. Такими ключами пользовалась моя бабушка, запирая свои секреты. Я опустил ключ в карман и, посвистывая, спустился по лестнице. Глава шестая В дом доктора Фаулера я вернулся после найи адресс по номеру телефона .
Этой ночью найи адрессу по номеру телефону не по адресс номеру Но моя совесть была спокойна. Я прекрасно поужинал в гриль-баре и просмотрел двухсерийный фильм, не испытывая ни малейшего сострадания. У меня жестокая профессия. Войдя в парадную дверь, я прошел через темный коридор на кухню. В полумраке жужжал холодильник. Дверь в спальню была надежно заперта. Повернув ключ, я открыл дверь. Доктор Альберт Фаулер не произнес ни слова. Левой рукой он прижимал к груди окантованную рамкой фотографию женщины. Он был убит выстрелом в правый глаз. Загустевшая кровь наполняла рану, как рубиновые слезы. От удара правый глаз наполовину вывалился из глазницы, от чего Фаулер стал похож на пучеглазую тропическую рыбу. Я коснулся тыльной стороны его ладони. Рука была холодной, словно долго провисела в витрине мясной лавки. Во всем происшедшем было что-то не так. Несколько странный способ покончить с собой выстрелом в глаз. Но, предположим, медики разбираются в подобных вещах лучше нас. Дверь была заперта, а ключ лежал у меня в кармане. Комната выглядела точь-в точь как и раньше. Я поднял со столика Библию, и из открытой коробки на коврик посыпались патроны: внутри книга была пустой. Подняв их с пола и выудив закатившиеся под кровать, я вернул их на место, в Библию. Потом я прошелся по всей комнате, вытирая платком все, к чему прикасался во время предыдущего обыска. Я повторял себе, что полицейские в случае самоубийства не станут искать отпечатки пальцев, однако продолжал усердно тереть платком. Почистив дверную ручку и ключ, я закрыл дверь, но не запер. Внизу я опорожнил пепельницу в карман своего пиджака, отнес ее на кухню и, вымыв, поставил рядышком с тарелками на подставку. Потом убрал в холодильник морфин и пакет с молоком и тщательно прошелся платком по всей кухне. Отступил назад, до самого подвала, протирая за собой перила и ручки. Но со скобой на двери сарая делать было нечего. Я поставил ее на место и втолкнул шурупы в ноздреватое, точно губка, дерево.
|
Мобильный поиск местоположения
